ruen

Опора на собственные силы

На вопросы журнала «Газпром» ответил начальник Управления развития электроэнергетического сектора и маркетинга в электроэнергетике ОАО «Газпром», генеральный директор ООО «Газпром энергохолдинг» Денис Федоров.

Денис Владимирович, ваша оценка итогов минувшего года?

– Сейчас сложно выделить какие-то особенно позитивные или негативные сдвиги. Свою главную задачу – стабильное и надежное обеспечение потребителей – мы выполняли, каких-то серьезных проблем не было. С другой стороны, и каких-то существенных прорывов не было – их время придет в 2015–2016 годах, когда мы введем ряд объектов в рамках ДПМ. Из позитивных моментов могу отметить успешный ввод Адлерской ТЭС и тот факт, что, являясь новым объектом, она успешно прошла испытание Олимпийскими и Паралимпийскими играми, работая на полную мощность. Также мы заметно улучшили результаты ОГК-2, в первую очередь благодаря программам оптимизации.

Если говорить в целом по отрасли, то ситуация, на мой взгляд, не сказать что сильно ухудшилась. Никаких принципиальных изменений не произошло. Вы знаете, что новая модель рынка электроэнергии и мощности не заработала, и, видимо, в этом вопросе мы уходим в долгосрочную перспективу. Что касается модели рынка тепла, то работа, которая по ней велась в прошлом и позапрошлом годах, практически закончена, но при этом сохраняются разногласия внутри генерирующих компаний. Это досадный момент, поскольку если даже генераторы не могут прийти к единому мнению, то как мы будем отстаивать свою точку зрения в органах власти и аргументировать позицию потребителям? Словом, если не договоримся – есть вероятность, что и решение этого вопроса может растянуться на длительный период.

Активы и мощности

Вы упомянули Адлерскую ТЭС, которая наряду с другими электростанциями смогла полностью обеспечить все потребности олимпийских объектов и города Сочи в электроэнергии. Получается, что в строительстве Кудепстинской ТЭС, вокруг которой было сломано столько копий, просто не было необходимости.

– Я бы не стал столь категорично утверждать. Задним умом, как известно, все крепки, и ситуация могла бы развиваться так, что понадобились бы дополнительные мощности. Тем не менее Министерство энергетики приняло решение о переносе строительства энергоблока из Кудепсты в Грозный, столицу Чечни, который мы будем строить. Конкретно наша ОГК-2. Параметры этой новой электростанции будут порядка 380–400 МВт.

В прошлом году «Газпром энергохолдинг» планировал две крупные сделки по приобретению новых активов, но получилась только одна. Давайте начнем с нее. Группа «Газпром энергохолдинг» пополнилась Московской объединенной энергетической компанией (МОЭК). Какие у вас планы по дальнейшему развитию этого актива?

– Говоря в общем, планы те же, что и предполагались изначально: в столице должна быть отдельно генерирующая компания, это «Мосэнерго», к которой в перспективе должны отойти котельные и тепловые пункты, и отдельно – теплосетевая компания, собственно, сам МОЭК. Что касается конкретики, то пока мы изучаем ситуацию, погружаемся в эту сферу, потому что МОЭК – это в большей степени отрасль жилищно-коммунального хозяйства, а мы, энергетики, разбираемся в целом с тепловым хозяйством Москвы. Отмечу, что в городе имеются отдельные островные участки, функционирующие сами по себе и никак не связанные с «Мосэнерго» и МОЭК. Словом, со многим еще необходимо разобраться.

Если говорить по выводу неэффективных котельных, то у нас уже есть договор с «Газпром промгазом», который разрабатывает для Москвы схему теплоснабжения, электроснабжения и газоснабжения. Сейчас они смотрят температурные и гидравлические режимы по целому ряду котельных и тепловых станций, которые мы могли бы безболезненно вывести из эксплуатации по согласованию с городскими властями. В первую очередь планируется от шести до восьми таких объектов. Обращаю внимание, что все принимаемые нами решения и планируемые мероприятия мы будем обсуждать и согласовывать с руководством столицы.

Теперь вопрос по поводу «Квадры». Как вы можете прокомментировать решение ФАС отказать «Мосэнерго» в приобретении пакета акций данной компании?

– Решение ФАС я комментировать не хочу, как вы понимаете. Мы представили свои расчеты, у них были свои, и ФАС четко дала нам понять, что она против этой сделки. Конечно, мы могли бы обратиться в суд и попытаться доказать свою правоту, но посчитали, что важнее сохранить текущий статус наших взаимоотношений с антимонопольной службой, чем уходить в затяжные споры. Тем более что в принципе у нас с ФАС нормальные отношения – мы никогда не слышали от них серьезных претензий. Единственное, что могу добавить, – к энергетике, по моему убеждению, надо подходить не только с точки зрения бизнеса, но и с точки зрения надежности энергоснабжения потребителей. Можно блокировать определенные сделки по формальным основаниям, но что будет дальше с потребителями электроэнергии и тепла, находящихся в регионах, где энергокомпании испытывают финансовые трудности?

Неудача с «Квадрой» не охладила интерес «Газпром энергохолдинга» к новым генерирующим активам?

– Конечно, нет, поскольку вопрос о новых активах мы рассматриваем исключительно в рамках долгосрочных интересов компании и текущей рыночной ситуации. То есть приобретать целесообразно не на пике стоимости, а наоборот, когда она существенно падает, как это имеет место сейчас. Поэтому в апреле-мае текущего года мы завершим сделку со Сбербанком по покупке у него ОАО «ГТ-ТЭЦ Энерго», специализирующегося на строительстве и эксплуатации газотурбинных электростанций малой мощности.

Чем оно интересно для вас?

– Во-первых, своей невысокой стоимостью, а во-вторых, мы считаем, что у нас достаточно компетенций, чтобы быстро сделать эту компанию прибыльным бизнесом, в-третьих, нам не надо спрашивать в данном случае согласия ФАС, поскольку мы забираем актив с обязательствами по переуступке.

Гидроэнергетический отжим

Мы говорили о приобретении новых мощностей, но вот последнее время в СМИ активно муссировалась информация о настойчивом желании Группы «РУСАЛ» выкупить у ТГК-1 Ондскую ГЭС. Что это за история и планируете ли вы продавать эту гидроэлектростанцию?

– Ситуация по Ондской ГЭС тянется уже три-четыре года. В свое время руководство РУСАЛа пришло к нам с просьбой снизить тарифы, поскольку в тяжелой ситуации оказался их Надвоицкий алюминиевый завод в Карелии (получает электроэнергию от Ондской ГЭС) и еще два завода в Ленинградской области. Мы этим трем предприятиям обеспечили скидку, которая достигала порядка 250 млн рублей в год. То есть ТГК-1 на протяжении двух-трех лет недополучала чистую прибыль, но мы сознательно пошли на этот шаг, руководствуясь принципами социальной ответственности. Поэтому прямо в договоре была прописана обязанность, что сэкономленные РУСАЛом деньги пойдут на модернизацию оборудования Надвоицкого алюминиевого завода. Куда на самом деле пошли эти средства, нам неизвестно, зато известно, что РУСАЛ сейчас этот завод закрывает. При этом у них появилась новая идея, что мы должны им продать, а лучше просто отдать Ондскую ГЭС. Было требование главы Карелии к собственникам Надвоицкого завода, чтобы завод не закрывать. Губернатора можно понять: ведь в свое время на предприятии работало 4 тыс. человек, сейчас менее 1 тыс., и их планируется до конца года уволить. Одним из вариантов, предложенным рабочей группой, созданной для проработки решения по сохранению рабочих мест на Надвоицком алюминиевом заводе, было создание единого комплекса, объединяющего завод, ГЭС и электросетевые активы. Мы выполнили поручение, провели оценку Ондской ГЭС и выставили оферту РУСАЛу. Чтобы нас никто не обвинил потом в каких-то завышенных оценках, мы попросили рабочую группу Минэнерго, Минэкономразвития и РУСАЛа выдать нам сценарные условия, по которым будет проводиться оценка. Получив эти условия, Ernst & Young, одна из авторитетнейших аудиторских компаний в мире, провела оценку, и получилось порядка 2,5 млрд рублей.

РУСАЛ эта цена никак не устроила, но возразить они ничего по существу не могут. Несколько раз мы сами инициировали переговоры, понимая социальную ответственность, но в РУСАЛе отмахнулись, пытаясь при этом воздействовать на нас административным путем, направляя письма на руководителей разного уровня. Мне эта ситуация непонятна. Кроме того, не надо забывать, что у ТГК-1 имеется блокирующий акционер – финская компания Fortum, с которой необходимо согласовывать эту сделку. И замечу, что менеджмент Fortum выступает против этого. Помимо этого, мы не можем игнорировать мнение работников станции, которые написали коллективное открытое письмо, выступая против продажи ГЭС. Их прекрасно можно понять – «Газпром энергохолдинг» в лице ТГК-1 строго выполняет все социальные обязательства, прописанные в коллективном договоре, аккуратно выплачивает зарплату. А рядом они видят своих земляков с принадлежащего РУСАЛу Надвоицкого завода, остающихся без работы и фактически без средств к существованию.

Имеется также серьезный вопрос технического плана. На станции, входящей в каскад ГЭС, размещается вся автоматика управления Выгским каскадом. Непонятно, как технически можно эксплуатировать каскад, когда его станции и управление ими принадлежат разным собственникам. Поэтому мы предлагали и предлагаем РУСАЛу различные варианты скидок, благодаря чему суммарная экономия на закупках электроэнергии за четыре-пять лет составила бы порядка 1,5 млрд рублей, которые можно было бы инвестировать в создание рабочих мест. Но вместо того, чтобы спасать Надвоицкий комбинат, у нас пытаются выкупить станцию по цене значительно ниже оценки, объясняя свою позицию тем, что у них не должно быть убыточных предприятий.

Я тоже обеими руками за то, чтобы у «Газпром энергохолдинга» все электростанции были прибыльные. Только так не бывает, поэтому в рамках холдинга одни электростанции субсидируют другие. Может, это неправильно, ненормально, но мы же не кричим – дайте нам закрыть Мурманскую ТЭЦ, у которой четыре миллиарда долгов и вся годовая выручка тоже четыре миллиарда. Как мы ее закроем, если она отапливает 75% Мурманска? Повторюсь, позиция РУСАЛа непонятна и коллеги ничего не предпринимают, чтобы хоть как-то ее обосновать.

Своя автоматика

Насколько я знаю, «Газпром энергохолдинг» сейчас инвестирует в инновационные разработки в сфере автоматики. Что это за разработки?

– Эта история началась года три назад, когда мы активно стали вводить новые энергоблоки и столкнулись с проблемой, что у нас на электростанциях вся автоматика разная, что вызывало сложности в эксплуатации. Мы достаточно долго пытались найти единый подход для всех генкомпаний, но сделать это оказалось проблематично. Тогда мы провели обзор отечественного рынка автоматизированных систем управления техническими процессами (АСУ ТП) в электроэнергетике (кстати, на всю Россию нашелся только один специалист из Ивановского энергетического института, который смог качественно сделать такое исследование) и приобрели блокирующий пакет Группы компаний «ТЕКОН». Далее мы собрали лучших ученых и конструкторов в области АСУ ТП и начали на этом предприятии делать собственные автоматизированные системы управления и контроллеры. Насколько я знаю, в России никто такого уровня контроллеры не производит. Сейчас уже несколько новых паросиловых энергоблоков на электростанциях Группы «Газпром энергохолдинг» полностью автоматизированы собственными АСУ ТП.

Какие у вас дальнейшие планы на этот проект?

– Мы намерены им всерьез заниматься и даже планировали создать СП с Siemens (по их инициативе), но в итоге договориться не получилось, хотя идея была красивая. Это, однако, никак не стало для нас препятствием, мы продолжаем развиваться дальше, сейчас планируем заняться релейной защитой, которую тоже практически никто в России не производит, выделяем финансирование на НИОКР. Как известно, в свое время руководством страны была поставлена задача – заниматься высокими технологиями, развивать наукоемкую продукцию, что мы с успехом и делаем.

Беседу вел Николай Хренков